Утро начинается с зарядки

Утро начинается с зарядки

—        Сорок лет вы, Николай Лаврентьевич, словно невидимка, входите в каждый дом, в каждую семью. А каким был ваш первый шаг, первый урок?

—        Тогда к числу сорок надо добавить единичку. И отсчет вести не с 1935 года, когда я впервые подошел к микрофону, а с 1934-го. В то время я, студент театрального училища при Всесоюзном радио, прочитал на доске объявление, из которого следовало, что физкультурное вещание нуждается в «позерах» для передачи «Утренняя гимнастика». Я читал объявление, когда в моем кошельке было пусто, когда я накануне ломал голову, где достать денег. Бросился по адресу. Приняли. Знал ли я тогда, оформляя временное заявление на работу, что пишу’ его на всю жизнь.

Передача    «Утренняя гимнастика» была одной из самых «молодых» на радио. Впервые она прозвучала в эфире 2 января 1929 года. Занимались тогда гимнастикой немногие. Я же относился к числу тех, кто вообще не признавал ее. Но заявление было написано. Согласно ему я теперь исполнял этот комплекс ежедневно четыре раза подряд (!)

Месяц спустя я стал замечать, что в училище преподаватели по акробатике, танцам выделяют меня среди других студентов. Каждый новый элемент, каждое па мне удавались. В волейбольной секции, где ранее чаще всего во время игры я сидел в запасных, тоже происходило нечто удивительное. Скамейка была забыта. Я до последней минуты находился на площадке.

Вскоре мои коллеги по «зарядке» предложили мне перейти из «позеров» на дикторскую работу.

-Только имейте ввиду-, предупредили меня – Вы разговариваете со всем Советским Союзом. Ваша дикция и речь должны быть безукоризненны. Все до единой буквы надо выговаривать четко

Я учел все. И потом, после первой передачи, взмокший от волнения, спросил у товарищей: «Ну как?». «Ничего, — ответили мне. — Только очень уж ты орал!..».

—- А как же актерская деятельность, о которой вы так мечтали, Николай Лаврентьевич?

— Остался верен ей. Учеба в театральном училище завершалась. Это были мучительные для меня дни. Мучительные потому, что я отчетливо понимал—быть драматическим актером, выступать на сцене мне будет трудно. Мой рост, как видите, невелик, и он был тем самым барьером, преодолеть который я не мог. Исполнять только стариковские роли… А между тем работа на радио продолжалась. Уже давно я не «орал» в микрофон. Чутко вслушивался в музыку, с удовольствием разнообразил интонации, объясняя каждое упражнение. И трудно сказать сейчас, когда, во время какой передачи я почувствовал себя актером.

Судите сами, никто не видит меня, моих жестов. И весь арсенал актерских средств — голос… Как донести до каждого богатый мир движений? Завладеть всей огромной аудиторией и каждым в отдельности—разве это не актерская работа?!

— И велика армия занимающихся утренней гимнастикой?

— Авторитет этих передач очень большой. До войны мы передавали его четыре раза в день, учитывая поясное время. В настоящее время, по многочисленным просьбам радиослушателей, даем ежедневно семь уроков. И не мы, преподаватели, привили гимнастику—ее узаконили сами радиослушатели. После войны я поступил в Московский институт физкультуры. Не случайно. Я получил те знания, которые были мне необходимы и которые так помогают в составлении и разработке комплексов утренней гимнастики.

В 1968 году после одной из передач мы обратились к радиослушателям с анкетой, в которой было два-три вопроса о качестве передачи, о том, как она им помогает. Объявление дали только, один раз. А в ответ получим ли двадцать семь тысяч писем. Естественно, ответили далеко не все, только малая часть тех, кто занимается утренней гимнастикой,

И вот, пользуясь такой большой трибуной, как «Советский спорт», я обращаюсь к читателям вашей газеты:«Доброе утро, товарищи! Начинайте занятия утренней   гимнастикой. Станьте прямо. Повыше голову…»

Нет времени? Неправда! Я не поверю никому, что утром нельзя выкроить десять — пятнадцать минут для здоровья и бодрости. Никто не убедит меня в этом. Утром вы встаете, умываетесь, чистите зубы — это правило. И комплекс утренней зарядки должен стать таким же правилом, необходимостью. Десять минут, и вы ободрились, стали увереннее, у вас улучшилось настроение. На день. Десять Минут сегодня, десять минут завтра, послезавтра — это уже режим.

Иногда в ответ на мои доводы я слышу ироническое: «Гимнастика! Гимнастика! Так наломаешься на работе, что и гимнастика не нужна». Опять неверно. Даже при физической работе нагрузка падает, в зависимости от профессии, на одни и те же группы мышц. А наш комплекс рассчитан на все.

—        Но, вероятно, не на всех?

—        Верно, Комплексы рассчитаны на людей в основном от 40 до 60 лет. Тем, кто помоложе, мы даем рекомендации, как усложнить упражнения, увеличить нагрузку. Согласитесь, урок физкультуры в школах, занятия по физическому воспитанию в вузах, многочисленные секции, спортивные клубы — вот где закладывается основа для физического совершенства. Подчеркнем — юных. Но вот диплом получен, началась творческая самостоятельная работа. У большинства из-за производственных, семейных и других обстоятельств тесный контакт с. физкультурой и спортом нарушается, теряются приобретенные ранее навыки. Малоподвижность сказывается. Человек стесняется выйти на стадион. Он словно разочарован в себе. А начни он заниматься утренней гимнастикой, и прежняя уверенность вернется. Сужу по своему опыту. Ведь каждый комплекс я опробую на себе.

—        Николай Лаврентьевич! Не жалеете ли вы о том, что не стали певцом, драматическим актером?

—        Иной раз сто писем в день я получаю от радиослушателей. В них многие называют меня проводником в Страну здоровья. О чем же можно жалеть?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *